Подлинно современные очертания
Все это вместе взятое создает картину уже не первопроходческих романтических времен, а этапа освоения зрелого, развитого, далеко продвинувшегося. Недаром поездка Леонида Ильича Брежнева по районам
Сибири и Дальнего Востока носила характер именно делового, рабочего смотра, где не было и тени какого бы то ни было «снисхождения» к специфике первопроходства. Отдавая должное высокому гражданскому мужеству и самоотверженности сибиряков и дальневосточников, Леонид Ильич разговаривал с ними как с людьми, способными свершить большее, двигающими научно-технический прогресс самыми высокими темпами.
Словом, сегодня речь идет о том, чтобы картина освоения громадных зауральских пространств обрела для нас подлинно современные очертания, глубину и перспективу. Самую существенную роль призваны здесь сыграть средства массовой информации - печать, радио. Но на первое место среди них хочется все-таки поставить телевидение, и в особенности его кинодокументалистику.
По самой своей природе тема такого гигантского освоения кинематографична, просится на пленку. Вспомним, что вот уже семьдесят лет тема «пионерства», освоения Дальнего Запада питает американский кинематограф, породив такое заметное художественное и социально-психологическое явление, как нестареющий вестерн. Правда, аналогия была бы слишком хрупка: очевидно, что освоение сибирских, северных и дальневосточных краев в советские времена - процесс принципиально иного исторического и общественного содержания. Тем не менее для нашего искусства здесь лежат еще огромные пласты в хорошем смысле экзотического, яркого психологического материала. Это попутно.
Главная же наша забота - о современности. То, что происходило и происходит сегодня в процессе пересоздания края, то, что обещает он завтра, исполнено глубочайшего социального, гуманистического смысла. Смелость коммунистического деяния в сочетании со строгой научной взвешенностью каждого шага, творческая наполненность труда и раскрытие новых, ответственных связей человека с природой, дерзновенность экспериментов и рождение климата новой коллективистско-личностной морали - все это захватывает воображение с силой не меньшей, чем фантастичность здешней природы.
| < Prev | Next > |
|---|
