Крик в ночи
Киностроки - Елена Кузьмина О том, что помню Война
В это страшное время из всех щелей вылезли какие-то мерзкие твари. Те, которые могли спокойно смотреть на голодного ребенка. Те, которые спокойно зарабатывали на смерти и несчастье ближнего. Всколыхнулась всякая дрянь, которая осела где-то глубоко на дне. Они спекулировали всем, что моментально исчезло из магазинов - спичками, солью, мылом, керосином, крупой. Люди, да нет - нелюди, запасались на годы.
Но насколько больше было хороших настоящих людей! Их было много, очень много. Они шли умирать за то, чтобы жизнь продолжалась...
Крик в ночи
Ночь жаркая и душная. На плоском, беззвездном небе, как приклепанная, громадная, желтая с удивительно четко нарисованным лицом восточного человека,- луна. Глядела на нас сурово, надменно, осуждающе. На нее было неприятно смотреть.
Отвернулась. Стала разглядывать, казалось, мчащиеся за поездом пески с желтой растительностью. Все черно-серо-беловатое. Закружилась голова.
Опустила глаза под ноги, высунутые из дверей теплушки. Под ногами несся гравий с песком, который казался сверху гладким асфальтом.
Из глубины в спину давил горячий воздух. Он таким же был и на улице, но, разбиваемый ходом поезда, создавал иллюзию прохлады.
Вагон готовился ко сну. Ждали только очередного разъезда и команды: «Женщины - налево, мужчины - направо...»
Все, кто мог, кому позволяли силы, как в убыстренном кинематографе, выскакивали наружу: мужчины - направо, женщины - налево. Было страшно отстать в пустыне от поезда. А сколько он будет стоять на остановке - минуту, пять часов или сутки,- никто не мог сказать. Будка стрелочника с семафором находилась от нашего, единственного населенного, вагона всегда далеко. Состав был товарный, очень длинный, и мы были зажаты где-то в конце. Да и стрелочник никогда ничего не знал. Ждал команды по местному телефону.
| < Prev | Next > |
|---|
