Жанровые эксцессы

Киностроки - Елена Кузьмина Красная тетрадь

User Rating: / 0
PoorBest 

И не в силу изощрений режиссеров и оператора, а сама по себе.

В своих воспоминаниях актриса много говорит о «сделавшем» ее Козинцеве (я счастлив, что толика признательности уделена и мне). Еретически думаю, что актриса «сделалась» в полемике с нами, режиссерами. Недаром так долго не решались мы взять ее на главную роль, а Козинцев в знак протеста даже не участвовал в первой съемке.

Конечно, дело было не в том, что и нам казались недостаточно «лилитны» внешние данные актрисы. Полемика была принципиальнее, хотя не находила словесного оформления.

Мы безжалостно ввергали Герасимова, Костричкина, Соболевского в горнило стилизаций и экспериментов, в странное варево жанров, посменно пленявших нас. Наши актеры с воодушевлением проделывали все это, понимая наши стремления, разделяя их.

Исключением были две девицы - Елена Кузьмина и Янина Жеймо.

Жанровые эксцессы, внешний блеск спадали с них, как вода со спасшей Рим птицы. Все, что полагалось по «учебной программе», обе наши «дивы» выполняли безукоризненно, с неистовым «куражом»: увечили друг друга всяческими «краше» и «апперкотами», делали перекидные кульбиты, лихо перетанцовывали самых знатных танцорок негритянской оперетты, великолепно передавали горе ощущением зябкости. Но настолько в основе своей были они «доподлинными», что изредка мы, постановщики, становились в работе с ними в тупик. Почему была насквозь «натуральной» Жеймо, выученица самых условных зрелищ - цирка и эстрады, еще можно было понять.

Относительно Кузьминой и понять не стараюсь. Создана была такой. Потому и вышла великолепная Манька уже не у нас, а в «Окраине» Барнета. Потому и запомнились навсегда героини «Мечты», «Тринадцати», «Человека № 217» - фильмов, сделанных Михаилом Роммом.