Я помню один спор

Киностроки - Александр Роу - фильмы - Пежиссер Александр Роу

User Rating: / 0
PoorBest 

Когда он слушал, его обычно веселые глаза смотрели на тебя серьезно, и сразу чувствовалось, что сейчас он весь ушел в твои переживания, в твой рассказ.

Он мог по-детски радоваться собственной удаче, находке, похвале, похвастаться успехом своих картин; мог вдруг загрустить, обидеться на неловко сказанное слово, болезненно воспринять критику, непонимание. Но как бы ни был он захвачен своими личными переживаниями, он всегда был отзывчив на горе товарища.

Трудно найти человека, который был бы таким оптимистом, как Роу. Он верил в силу добра, в то, что хороших людей на земле больше, чем плохих, верил в успешное завершение трудных дел, верил, что «терпение и труд все перетрут».

Роу хорошо знал живопись, театр, но любил далеко не все. Ему ближе было искусство веселое, доброе, то, что соответствовало его мироощущению. Но он хотел понять и иных художников.

Я помню один спор с Роу. Речь шла о фильме «Андрей Рублев». Он говорил, что это «страшная» картина, что она не во всем верна, что наше средневековье имело и светлые «отдушины», как он выразился, и этим светлым было искусство. Произведения Рублева, показанные в конце фильма как одна гигантская фреска, по его мнению, зачеркивали весь фильм. Собранные воедино, произведения Рублева представляли его художником светлой души, что входило в противоречие с трактовкой образа Рублева в фильме.

Однако за неприятием позиции режиссера А. Тарковского чувствовалось огромное уважение к его таланту.

Как-то он пришел ко мне очень расстроенный: сначала даже нельзя было понять чем. А потом оказалось, что он с запозданием посмотрел фильм «Иваново детство», посмотрел и огорчился. Не понравились ему и маленький, с искалеченной душой герой и та мера жестокости, которая есть в фильме. Даже сцены светлых видений Ивана не устраивали Роу. Они, по его мнению, только усиливали чувство безнадежности, с которым зрители, вернее зрители-дети, уходили с фильма.