Популярность режиссера

Киностроки - Маргарита Кваснецкая и Тенгиз Абуладзе. Путь к «Покаянию»

User Rating: / 0
PoorBest 

Слова, сказанные лауреатом, казались действительно искренними и доброжелательными, а аплодисменты шли от сердца. Так, во всяком случае, мне показалось. Благодарственная речь режиссера разрушала установленные годами каноны. Абуладзе просил почтить память тех, кто стал жертвами тирании и произвола. В словах его была скорбь. И зал встал, повинуясь порыву разбуженной совести... Потом был праздник. Праздник друзей и родных. Здесь не было случайных и обязательных приглашенных. Как хорошо, что Тенгиз не научился общаться с «нужными» людьми, не хотел поступать согласно обывательской разумности. Гостей, что разделили застолье, единила любовь к Тенгизу, уважение к его таланту. Это был наш общий праздник. Появление Покаяния вселяло веру в возможность демократии, надежду на перемены. Прекрасное грузинское застолье, артистичный тамада деликатно правит пиршеством ума и таланта. Говорили о служении истине, о достоинстве человека, о миссии художника. На этом празднике нельзя было лгать. Окружение не позволяло. Любая фальшь была бы сразу заметна. Собравшие вели себя раскованно и естественно. Писатель Владимир Лашкин позабавил озорными песнями. Артист Евгений Леонов подарил Тенгизу роскошную охапку сирени, перевязанную собственной кардиограммой. Отдал в дар художнику запечатленное биение своего сердца. Агроном заметил, что Покаяние помогло пробиться тем новым росткам, что дремали под многолетними напластованиями. Была и печаль. Вспоминали тех, кого перемололи годы репрессий...

То был праздник единения Грузии и России. Сегодня духовный путь друг к другу оказался бесконечно важным и трудным. Что бы ни случилось, нельзя разорвать дружбу людей, народов, чья историческая и людская судьба переплелись самым причудливым и непредсказуемым образом.

Популярность режиссера была заслуженной, оправданной высотой художественного и нравственного спроса. Для многих именно после Покаяния состоялось открытие художника. На самом же деле успех фильма был предопределен всем его творчеством и судьбой. Абуладзе шел к нему упорно и последовательно. И ни разу не оступился. Покаяние не могло состояться, скажем, без Лурджи Магданы. Помните, как в рассказе Бредбери.